Статья «Бомба в подвале» («Российская Газета», № 4975 от 14.08.2009 г.), положила начало серьезному осмыслению, увы, повсеместной проблемы.
Приняв на себя функции по управлению жилым домом, товарищество собственников жилья почти неизбежно сталкивается с невозможностью осуществлять его обслуживание, поскольку технические помещения (в основном это подвалы и чердаки) находятся в государственной собственности или (благодаря тому же государству) перешли в собственность частных лиц.
Здесь следует заметить, что термином «государство» в данном случае охватываются лишь органы власти на местах, с завидным упорством противодействующие установлению того правового режима общего имущества домовладельцев, который предусмотрен федеральным законодательством. Из положений ч. 1 ст. 290 Гражданского Кодекса РФ (ГК РФ), ч.1 ст. 36 Жилищного Кодекса РФ (ЖК РФ), Постановления Правительства РФ от 13.08.2006 г. № 491 однозначно следует, что собственники жилых и нежилых помещений многоквартирных жилых домов одновременно являются собственниками помещений, предназначенных для обслуживания принадлежащей им недвижимости. Факт, что подавляющее большинство подвальных и чердачных помещений в домах старого фонда Санкт-Петербурга оснащено инженерным оборудованием, без доступа к которому невозможно ни проведение ремонтных работ, ни ликвидация аварийных ситуаций, означает, что практически все питерские подвалы и чердаки в силу гражданского и жилищного законодательства принадлежат жильцам.
Однако Комитет по управлению городским имуществом Санкт-Петербурга (КУГИ) по данному вопросу имеет иную точку зрения, которую, пользуясь предоставленными ему властными полномочиями, безапелляционно воплощает в жизнь как единственно верную. По мнению чиновников, к общему имуществу относятся лишь те помещения, в которых расположено инженерное оборудование, обслуживающее весь дом (водомерные узлы, теплоцентры, венткамеры). Эта позиция явно не соответствует закону, поскольку ч. 1 ст. 36 ЖК РФ относит к общей долевой собственности домовладельцев «помещения…предназначенные для обслуживания более одного помещения в данном доме…», то есть единственным условием возникновения прав жильцов на помещение является наличие в нем любого инженерного оборудования, необходимого для обслуживания других помещений жилого дома.
К сожалению, федеральное законодательство не является тем фактором, который способен заставить КУГИ прекратить действовать по алгоритму «жильцам хватит и теплоцентра». Аргументам, что водомерный узел и теплоцентр – лишь части инженерных систем (холодного водоснабжения и отопления соответственно) и сами по себе не могут обеспечить их бесперебойную работу; что такое оборудование не имеет никакого отношения к работе других систем (например, канализации); что посредством указанного оборудования возможно лишь перекрыть подачу носителя во все помещения жилого дома, а ремонт все равно должен осуществляться в других местах, для КУГИ по-прежнему не являются убедительными.
Доходит до смешного: при рассмотрении арбитражного дела по иску ТСЖ «Дом Полежаева» (№ А56-19604/2007) представитель КУГИ Б.А. Воронин заявил, что наличие в спорном помещении 30-Н по улице Старорусская, д. 5/3 «краников» существенного значения не имеет. Применительно к рассматриваемому делу под «краниками» г-н Б.А. Воронин подразумевал 16 стояков центрального отопления с запорно-регулировочной арматурой, 6 стояков холодного водоснабжения с запорно-регулировочной арматурой, 10 канализационных стояков с ревизиями для прочистки канализации, сборный канализационный коллектор, 6 воздуховодов вентиляции с общим блоком управления и пожарный гидрант.
Из сказанного, однако, не следует, что на помещения водомерных узлов и теплоцентров КУГИ не посягает никогда. В настоящее время в арбитраже рассматривается дело № А56-13033/2009 по иску ТСЖ «Елизаровское» о восстановлении помещения теплоцентра в жилом доме по адресу: Санкт-Петербург, проспект Елизарова, д. 12. Причиной обращения в суд послужил тот факт, что из обособленного помещения площадью 7,5 кв.м., в котором располагался теплоцентр, вынесено все располагавшееся в нем оборудование, а стены, ограждавшие помещение теплоцентра, демонтированы. В результате на том месте, где надлежит находиться оборудованию теплоцентра, арендатор КУГИ – ООО «Аквилегия» - организовал моечную своего предприятия (кафе-закусочная). Оборудование теплоцентра (далее цитата из имеющегося в материалах дела письма ООО «Жилкомсервис № 2» Невского района» от 31.03.2009 г.) «для удобства и обслуживания эксплуатации перенесена под лестничный пролет». В апреле 2009 г. ТСЖ «Елизаровское» получило официальные сведения о том, что ГУП ГУИОН произвело формирование нового объекта недвижимости, образованного в результате слияния помещения теплоцентра с площадями, находящимся в собственности Санкт-Петербурга, что повлекло очередное судебное разбирательство (А56-36543/2009).
Из сказанного выше следует, что плох не закон, а его исполнение. Ст. 36 ЖК РФ гарантирует жильцам многоквартирных домов безопасные условия проживания, возможность контролировать техническое обслуживание инженерных систем и осуществлять иные функции для эффективного управления жилыми домами. Но, поскольку число технических помещений, которыми КУГИ Санкт-Петербурга не распорядилось по своему усмотрению, ничтожно мало, следует признать, что практически в каждом питерском подвале заложена «правовая бомба».
Кем заложена «правовая бомба»?
Итак, единственным основанием отнесения того или иного помещения к общей долевой собственности домовладельцев является его назначение, обусловленное, в свою очередь его техническими характеристиками, то есть наличием либо отсутствием в нем инженерного оборудования, обслуживающего другие помещения многоквартирного жилого дома. Но кто наделен полномочиями определять, обслуживает ли размещенное в помещении инженерное оборудование другие помещения жилого дома? Нетрудно догадаться, что совершение указанных действий также входит в компетенцию государственного органа.
В соответствии с п. 2 Постановления Правительства Санкт-Петербурга от 28.11.2005 г. № 1828, органом, осуществляющим техническую инвентаризацию и технический учет в Санкт-Петербурге является ГУП «Городское управление инвентаризации и оценки недвижимости» (ГУП ГУИОН), учредителем которого является город Санкт-Петербург в лице Комитета по управлению городским имуществом Санкт-Петербурга (1.2 Устава ГУП ГУИОН).
При наличии такого тандема не удивительно, что, формируя реестр имущества казны Санкт-Петербурга, государственные органы вместо того, чтобы напрямую руководствоваться федеральным законодательством, установили свои правила разграничения нежилых помещений в жилых домах. Так, пункт 5.6.6 Инструкции о порядке изготовления справки о размерах площадей помещений в многоквартирном доме и паспорта на многоквартирный дом филиалом ГУ ГУИОН – проектно-инвентаризационным бюро района», утвержденной Приказом ГУ ГУИОН от 06.05.2005 г. № 30, устанавливает, что «в состав общего имущества многоквартирного дома не включаются помещения, которые, хотя и попадают по формальным признакам в состав общего имущества, но на дату вступления в силу части первой ГК РФ (01.01.1995 г.) имели фактическое целевое использование (спецподвалы, магазины и т.д.)». Из приведенной цитаты следует, что основания возникновения права собственности домовладельцев, установленные федеральным законом, для ГУ ГУИОН не более чем «формальные признаки», которыми для правильного (с их точки зрения) разрешения вопроса о собственности следует пренебречь.
Смольнинским федеральным судом Центрального района Санкт-Петербурга при рассмотрении дела по иску собственников дома 5/3 по ул. Старорусская Жеребцова Г.В., Жеребцовой А.А., Гильгуллиной Т.В., Карнаос Ф.А. в отношении расположенного в указанном доме помещения 19-Н (дело 2-77) дана надлежащая оценка нормотворчеству ГУ ГУИОН. Суд указал, что «федеральным законом «О введении в действие части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации»,…имеющим большую юридическую силу в сравнении с ведомственной инструкцией, не предусмотрена указанная особенность в применении ст. 290 ГК РФ. Кроме того, ГУ ГУИОН не является государственным органом, в компетенции которого ограничение действия закона».
Решением суда по указанному делу, вступившим в законную силу 02.09.2008 г., установлено также, что «…основанием для внесения в Реестр собственности Санкт-Петербурга послужил протокол осмотра…от 15.04.2005 г.», в котором «дана не соответствующая действительности информация о полном отсутствии в данном помещении какого-либо оборудования, что позволило включить помещение в Реестр». Объясняя причину такого несоответствия, специалист ГУ ГУИОН Михайлова Е.О. на суде показала, что «при осмотре и составлении протокола их интересовало только наличие такого оборудования, которое обслуживает весь дом».
Признавая незаконными действия государственных органов в отношении спорного помещения, Смольнинский суд принял во внимание и то, что в доме 5/3 по ул. Старорусская к общей долевой собственности домовладельцев ГУП ГУИОН и КУГИ отнесли только помещение теплоцентра (25,3 кв.м.), в то время как суммарная площадь помещений жилого дома составляет 24 547,3 кв.м. Следуя логике государственных органов, для обслуживания жилого дома достаточно 0,01% его площади, что является абсурдным даже для человека, не обладающего специальными познаниями в области инженерного обеспечения.
Как происходит «взрыв»
Чаще всего о нарушении их прав жильцов информирует созданное в доме ТСЖ, которое сталкивается с серьезными затруднениями (а иногда и невозможностью) эксплуатировать жилой дом. Другой вариант «правового взрыва» - появление арендатора подвала или лица, оформившего на него право собственности. И, наконец, самой уродливой формой «извещения» жильцов о нарушении их прав является аварийная ситуация в доме, вызванная тем, что владелец подвального или чердачного помещения по своему усмотрению переместил (демонтировал, заложил, залил бетоном и т.д.) расположенные в помещении общедомовые коммуникации.
Опыт Ассоциации товариществ собственников жилья Центрального района Санкт-Петербурга, уже несколько лет защищающей интересы своих членов на ниве «подвального права», показывает, что попытки разрешения подобных ситуаций посредством обращения в КУГИ успеха не имеют. Напротив, любое письмо с просьбой разрешить вопрос по закону провоцирует государственные органы на более активные действия (оформление прав, передача в аренду, продажа) без извещения заявителя о том, что таковые имеют место. С таким отношением столкнулись ТСЖ «Разъезжая 33», ТСЖ «Апраксин 7», ТСЖ «Миллионная-25» и многие другие товарищества, верившие на заре своей деятельности в возможность понимания со стороны чиновников.
Более того, на практике нередки случаи, когда КУГИ предпринимает попытки продажи помещений, в отношении которых полным ходом идет судебное разбирательство. Так, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд, рассматривая заявление ТСЖ «Апраксин-7» о применении обеспечительных мер в отношении спорного помещения 7-Н (дело № А56-16415/2007) указал следующее: «Из материалов дела усматривается, что распоряжением КУГИ от 15.08.07 N 1563-рз, то есть после принятия искового заявления по настоящему делу, принято решение о приватизации спорного помещения путем его продажи на аукционе».
Итак, государственным органам верить нельзя, а поэтому единственным действенным способом защиты прав домовладельцев является обращение в судебные органы. При этом следует особо подчеркнуть, что употребленное здесь определение «действенный способ» не следует понимать как способ «гарантированный», поскольку на данный период времени судебная практика по рассматриваемой категории дел не сформирована и во многом является противоречивой.
«Поляризация» выводов судов
Анализ арбитражной практики 2004-2009 г.г. однозначно свидетельствует о том, что при рассмотрении исков товариществ о признании за жильцами прав на подвальные помещения судами выработаны две «колеи», ведущие к диаметрально противоположному разрешению одного и того же вопроса. Ниже приведены выводы судов по делам с одинаковыми исковыми требованиями, в процессе рассмотрения которых истцами доказан факт нахождения в спорных помещениях оборудования, обслуживающего другие помещения жилого дома. Следует отметить также, что в обоих делах к участию в деле привлечены лица, заинтересованные в использовании спорных объектов.
Дело № А56-11161/2006 по иску ТСЖ «Алмаз»:
«…материалами дела установлено наличие в данном помещении, являющемся частью подвала жилого дома, инженерного оборудования, инженерных систем и сетей, обслуживающих жилые помещения в жилом доме, что позволяет отнести спорное помещение к общему имуществу собственников квартир в многоквартирном доме в соответствии с п. 1 ст. 290 Гражданского кодекса Российской Федерации и п. 1 ст. 36 ЖК РФ» (Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.06.2007 г.).
Дело № А56-20651/2007 по иску ТСЖ «Миллионная-25:
«…факт нахождения в помещениях коммуникаций, используемых для обслуживания дома, не свидетельствует о том, что такое помещение должно относиться к общему имуществу домовладельцев» (Решение Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.10.2008 г.);
«основанием для отнесения помещений в многоквартирном доме к категории общего имущества является отсутствие у соответствующего помещения самостоятельного назначения, то есть возможности самостоятельного использования» (Решение Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.10.2008 г.)
«к общему имуществу собственников помещений в жилом доме относится подвальное помещение, имеющее исключительно технический характер, то есть предназначенное для обслуживания всех или нескольких помещений жилого дома и не имеющее иных полезных свойств» (Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 24 апреля 2009 г.)
Как видно из приведенных цитат, в первом случае закон применен буквально: при наличии в помещении оборудования, обслуживающего другие помещения в доме, такое помещение относится к общей долевой собственности домовладельцев. Во втором случае суды поставили отнесение помещения к категории общего имущества в зависимость от того, возможно или невозможно использовать его в иных (наряду с обслуживанием других помещений жилого дома) целях. Возможность такого использования и явилась единственным основанием для отказа в иске ТСЖ «Миллионная-25».
Конституционный Суд Российской Федерации поддержал жильцов
Прежде чем говорить о том значении, которое имеет Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года № 489-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалоб товариществ собственников жилья «Невский 163» и «Комсомольский проспект 71» на нарушение конституционных прав и свобод пунктом 1 статьи 290 Гражданского Кодекса РФ и частью 1 Жилищного Кодекса РФ» (далее – Определение), необходимо устранить хотя бы наиболее распространенные заблуждения в понимании осуществления конституционного судопроизводства в Российской Федерации.
Во-первых. Конституционный Суд РФ не пересматривает конкретные дела, поскольку исследование фактических обстоятельств и представленных по делу доказательств в его компетенцию не входит. Иными словами, Конституционный Суд РФ не решает, кто из сторон прав, и не определяет, какое решение должно быть вынесено по делу.
Конституционный Суд РФ проверяет, соответствуют ли НОРМЫ ЗАКОНА, примененные в конкретном деле, Конституции РФ, которая является Основным (Высшим) Законом в Российской Федерации. Здесь необходимо подчеркнуть, что в полномочия Конституционного Суда РФ также входит разрешение вопроса о том, соответствует ли Конституции РФ тот смысл, который придает этим нормам правоприменительная практика, и при этом Конституционный Суд разъясняет, как эти нормы должны применяться.
Обращение в Конституционный Суд РФ, организованное Ассоциацией ТСЖ Центрального района Санкт-Петербурга и Общественной организацией «Союз защиты пермяков», не имело целью признать не соответствующими Конституции РФ ч. 1 ст. 290 ГК РФ и ч. 1 ст. 36 ЖК РФ. Как следует из преамбулы Определения, заявители оспаривали указанные нормы лишь в той мере, в какой эти нормы (по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой) «допускают отнесение помещений к общему имуществу собственников жилья не в зависимости от их назначения, а в зависимости от возможности использовать их в иных, помимо обслуживания других помещений жилого дома, целях». Фактически на разрешение Конституционного Суда РФ был поставлен вопрос: правомерно ли отказывают суды в признании права общей долевой собственности на технические помещения на том лишь основании, что в них размещены (могут размещаться) магазины, офисы, кафе и т.д.
Во-вторых. То, что вынесенное Конституционным Судом Определение является «отказным», не означает, что заявители не добились поставленной цели.
Разъяснения, данные Конституционным Судом РФ, являются обязательными для всех нижестоящих судов, а также иных органов, в компетенцию которых входит исполнение законов. При этом совершенно не важно, в каком именно акте Конституционного Суда такие разъяснения даны – толкование правовых норм, содержащееся в «отказном определении» имеет ту же силу, что и толкование, данное в Постановлении Конституционного Суда. «Отказ» в данном случае означает лишь то, что нормы, на проверке которых настаивали заявители (ч. 1 ст. 290 ГК РФ, ч. 1 ст. 36 ЖК РФ), Конституции РФ соответствуют, и не имеется оснований для их дальнейшего рассмотрения Конституционным Судом.
Что касается разъяснений, данных Конституционным Судом РФ в рассматриваемом Определении, то они как нельзя лучше соответствуют «чаяниям» домовладельцев:
- «из части первой статьи 36 Жилищного Кодекса Российской Федерации не следует, что помещение должно быть предназначено для обслуживания всех или нескольких помещений и иметь исключительно технический характер»:
- «…критерия наличия иных полезных свойств у помещения, который используется в судебной практике для исключения нежилых помещений из состава общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме, часть первая Жилищного Кодекса Российской Федерации не содержит».
Таким образом, Конституционный Суд «выбил» основной аргумент КУГИ, длительное время небезуспешно подменявшего предусмотренное ст. 36 ЖК РФ понятие «назначение помещения» термином «использование помещения», с которым закон не связывает никаких правовых последствий.
Однако наиболее важным для дальнейшего формирования судебной практики являются не выше приведенные разъяснения Конституционного Суда, а тот конституционно-правовой смысл положений ч. 1 ст. 36 ЖК РФ, который выявлен Конституционным Судом РФ в рассматриваемом Определении. Практическое значение разъяснений, данных Конституционным Судом РФ относительно критериев отнесения помещений к общей долевой собственности домовладельцев, сводится к двум составляющим:
1. Конституционный Суд РФ указал, что помещения, внутри которых расположено оборудование, предназначенное для обслуживания нужд домовладельцев, ТАКЖЕ, как и указанное оборудование, ПРЕДНАЗНАЧЕНЫ для обслуживания других помещений в этом доме, и поэтому относятся к общей долевой собственности домовладельцев.
Проще говоря, если в помещении есть оборудование, предназначенное для обслуживания других помещений жилого дома, то и само это помещение относится к общей долевой собственности собственников помещений жилого дома. Никаких других требований для отнесения имущества к общей долевой собственности ст.36 ЖК РФ не содержит.
2. Помещения, внутри которых расположено оборудование, предназначенное для обслуживания нужд домовладельцев, определены Конституционным Судом РФ как помещения, «НЕ ИМЕЮЩИЕ САМОСТОЯТЕЛЬНОГО НАЗНАЧЕНИЯ». Понятие «самостоятельное назначение» применительно к помещению означает, что такое помещение может находиться в собственности отдельных лиц, которые вправе распоряжаться им по своему усмотрению (передавать в аренду, продавать, дарить, передавать в залог и т.д.). Соответственно, если в помещении находится оборудование, обслуживающее другие помещения жилого дома, то такой правовой режим для него исключается – оно должно принадлежать собственникам помещений многоквартирного жилого дома и использоваться по соглашению между ними.
Следует подчеркнуть, что на основании актов Конституционного Суда РФ могут быть пересмотрены вступившие в законную силу судебные решения и постановления, если нормы закона, на основании которого они приняты, применены судами в смысле, расходящимся со смыслом, выявленным Конституционным Судом РФ при их проверке. На этом основании Ассоциацией ТСЖ по Центральному району Санкт-Петербурга инициировано заявление о пересмотре дела № А56-20651/2007 по иску ТСЖ «Миллионная-25», которому, как уже говорилось выше, было отказано в признании права собственности домовладельцев из-за возможности использования помещения не только в технических целях. По результатам рассмотрения указанного заявления (назначено на 29.09.2009 г., судья С.Т. Астрицкая) суд либо отменит решение по делу и рассмотрит требования ТСЖ «Миллионная-25» заново, либо откажет в пересмотре принятых по делу судебных актов. Любое из принятых судом решений по заявлению о пересмотре может быть обжаловано в вышестоящую судебную инстанцию.
С момента обнародования Конституционным Судом РФ Определения прошло недостаточно времени, чтобы делать какие-либо выводы относительно дальнейшего формирования судебной практики по «подвально-чердачному» вопросу и делать какие бы то ни было прогнозы. Осторожность в суждении на этот счет вызвана самим фактом того, что этот вопрос, будучи совсем не сложным с правовой точки зрения, потребовал разрешения не просто на федеральном уровне, а в высшей судебной инстанции Российской Федерации.
Несомненно, однако, что «плацдарм» товариществ собственников жилья значительно укреплен, и имеются веские основания полагать, что принятие Конституционным Судом РФ рассмотренного выше Определения и будет тем переломным моментом, с которого начнется массовая ликвидация заложенных в наших подвалах «правовых бомб».
КУГИ применяет «политику страуса»
Может показаться забавным, но в последних судебных процессах КУГИ ведет себя так, как будто никаких разъяснений Конституционного Суда РФ и вовсе не существует. Так, письменные пояснения по делу № А56-60402/2008 по иску ТСЖ «Дом Ланского», представленные в судебное заседание 07 сентября 2009 г. представителем КУГИ Гавриловой С.А. за ее подписью, содержит многочисленные ссылки на судебную практику, порочность которой констатирована Конституционным Судом РФ. Как следует из указанного документа, основным аргументом КУГИ по-прежнему является критерий наличия у помещения иных полезных свойств, которого, как прямо указал Конституционный Суд РФ, ст. 36 ЖК РФ, не содержит. Игнорируя ссылки истца на толкование Конституционным Судом РФ законодательства, г-жа Гаврилова С.А. продолжает доказывать, что «решение вопроса о том, является ли спорное помещение общим имуществом дома, зависит не только от наличия в нем инженерных коммуникаций, но и от определения назначения данного помещения – возможности использования его в самостоятельных целях или только по вспомогательному назначению, которое заключается в обслуживании других помещений жилого дома и характеризуется отсутствием возможности самостоятельного использования такого имущества». И такая попытка КУГИ убедить всех, что принятие Конституционным Судом РФ Определения на сложившуюся ситуацию не влияет, не столь наивна, как может показаться на первый взгляд. Страус, зарывающий голову в песок, на самом деле применяет наиболее комфортный для себя способ выжидания в опасной ситуации.
Ситуация будет накаляться
Каждый из нас в своей жизни хотя бы единожды имел возможность оценить, насколько «технично» государственные органы отмалчиваются в случае прямой постановки неприятного для них вопроса. Однако не следует забывать, что единственной причиной, по которой такая тактика имеет успех, является «отступление» самого спрашивающего после того, как ему окончательно надоест взывать в пустоту.
Тактика государственных структур по рассматриваемому вопросу также рассчитана на то, что длительное игнорирование нужд товариществ собственников жилья приведет к нежеланию последних бороться с ветряными мельницами. Однако чиновники не учитывает того обстоятельства, что способы защиты прав не исчерпываются теми, которым они могут противостоять и которые способны предвидеть. Немаловажным является и то, что для жильцов многоквартирных домов вопрос о принадлежности подвалов и чердаков является вопросом безопасности, и наивно думать, что люди безропотно согласятся с тем, что безопасные условия проживания в их домах не обеспечены.
Поскольку никаких предпосылок к тому, что КУГИ проявит добрую волю в разрешении «подвально-чердачного» вопроса, не имеется, число участников битвы на поле «подвального права» будет только увеличиваться. В связи с этим хотелось бы обратиться к тем, кто намеревается взять в аренду или приобрести в собственность нежилые помещения. То обстоятельство, что только в Центральном районе Санкт-Петербурга действуют 130 товариществ собственников жилья, 45 из которых состоят в Ассоциации ТСЖ Центрального района Санкт-Петербурга, означает, что при заключении сделок в отношении подвалов и чердаков велик риск оказаться в эпицентре судебной баталии и стать заложником ее исхода. Применительно к ситуации, когда такой исход для КУГИ неблагоприятен, обращаем внимание на Решение Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области по иску ООО «ИПЦ «Инфолекс» (А56-17882/2008), где истцом была предпринята попытка вернуть деньги за несостоявшуюся аренду подвала, а КУГИ – ответчик по делу – изыскал процессуальную возможность оставить арендатора «с носом».
Нужна консолидация
Государственным органам достаточно легко найти основания для того, чтобы не восстанавливать права отдельно взятого заявителя. Заставить чиновников изменить отношения к каждому из нас возможно лишь в том случае, если в силу сложившейся (точнее, «сложенной» заинтересованными лицами) ситуации они будут ВЫНУЖДЕНЫ действовать по закону. Первый этап «моделирования» такой ситуации – осознание самими товариществами того факта, что массовое нарушение имущественных прав домовладельцев – результат действий органов исполнительной власти, а не происки отдельных чиновников. Привлечение внимания к этому вопросу и является основной целью настоящей публикации.
По поручению Ассоциации ТСЖ Центрального района Санкт-Петербурга,
Александра Петрунина, юрист.
